Осмотр детской травмы
Как работает травмпункт в Екатеринбурге, в котором принимает единственный врач, а дети по два часа ждут в очереди
27.09.2022
От редакции: журналист «Вечерних Ведомостей» Алевтина Трынова вместе со своим 14-летним подростком попала в детский травмпункт. Она рассказывает, как дети с ушибами и переломами по два часа ждут в очереди, как единственный принимающий врач не выдерживает нагрузки и о том, что в 21 веке в центре города-миллионника есть целый круглосуточный травмпункт, а рентген-аппарата для детей в нем нет.
14:00. Ничего необычного. Просто на палец неудачно упал планшет.
Ну, так получилось. Дети.
И это, пожалуй, единственная травма, которую подросток реально получил от гаджетов (привет борцам за их запреты).
15:40. Безымянный палец левой руки опух и посинел. Ребёнок, которая в последний раз плакала лет в 5, в слезах от боли. Срочно собираемся в травмпункт.
16:00. Ближайшая к дому травма — на улице Бажова,124а.
— У ребенка посинел палец. Нам срочно!
— Вам не к нам. Вам нужен рентген, а у нас рентгена нет.
— В круглосуточной травме нет рентгена?
— Нет. Вам нужно на Буторина, 10. Там есть рентген.
16:10. Такси. Пробки. Женщина-таксист переживает:
— Не может быть, чтобы в травме не было рентгена! Это же центр Екатеринбурга! Куда смотрят власти?
Обсуждаем власти. Икается начальникам управлений и министерств. Вспоминаем депутата по району. Не вспомнили. Вспоминаем депутатов ГД от региона. Вспомнили. Почтили гневной минутой молчания.
16:30. Детский травмпункт на Буторина, 10. Очередь у стойки администратора. Родители заполняют бумажки о персональных данных, дрожащими руками вписывают серию и номер паспорта…
— Нам очень срочно, у нас синий палец!
— Всем срочно. У всех пальцы. Займите, пожалуйста, очередь.
Бумажные процедуры, фиксация адресов и фамилий…
— Скажите, а почему так долго все? Нельзя ли нам побыстрее?
Бодрая администратор говорит, что «это вы еще внутрь не попали». Персонал предупреждает, что там среднее время ожидания в очереди — два часа. Но «сегодня еще не очень много пострадавших».
— Два часа? С травмой? Но почему?
— А у нас принимает только один врач.
— А где остальные?
— А спросите Министерство здравоохранения!
16:40. Очередь в 137 кабинет. Встревоженные родители, измотанные дети. Одна мамочка с коляской и грудничком. Кто-то экстренно и с дикой болью, кто-то с перевязанными руками-ногами на повторный прием. Доносятся фразы: «это невозможно», «это капец», «почему так долго». Один рослый парень лет 15-ти не выдерживает и уходит. Его мама в волнении кому-то звонит и просит его вернуть.
Уговариваю себя не начинать митинг.
Самое смиренное лицо — у папы в футболке с двумя крупными буквами, которые я не могу назвать, чтобы случайно что-нибудь или кого-нибудь не дискредитировать. Папа в системе. Папа ждет направлений и маршрутов. Дочка с подозрением на перелом пальца тоже послушно терпит и ждет.
Синий палец у моего подростка мимикрирует под джинсы. Она сама развалилась на двух стульях и демонстративно страдает «от этого вот всего».
17:00. Мать в поисках еды для ребенка. В автоматах — что-то такое, что на здоровый перекус, кажется, не тянет.
Но врачам виднее.
17:10. Напротив кабинета — большой плакат. Читаю «Адреса специализированной помощи» (ну, вдруг мы вообще не туда приехали). При сломанных пальцах и поврежденных сухожилиях нам, оказывается, на Новую Басманную или Павловскую, а если палец вдруг надо пришить, то есть «реплантировать», — то на Можайское шоссе.
Что? А, в Москве.
Ну, все логично. Почему нет? Там наверняка есть рентген.
17:20. У врача! Ура.
— У нас синий палец!
— Ясно, вижу. Вот вам бумага, идите на рентген и потом возвращайтесь.
Еле держусь, потому что 40 минут мы сидели «за бумагой».
— Ок. То есть мы там быстро все делаем и сразу к вам…
— Ну, вы учтите, что вся очередь, что стояла сюда, теперь «там».
— «Там»?
— Ну, у 153-го кабинета на рентген. Они теперь все переместились туда.
17:25. Очередь в том же составе, но поменяла форму.
В новой локации просторно, чисто и светло. Можно полежать на сдвоенных сиденьях, как на вокзале. Почитать объявления. «В травмпункт требуется администратор» (кстати, вдруг, кому надо?).
В кулере почти нет воды. Зато есть раковина, где можно помыть руки. Без мыла.
Девочка с подозрением на растяжение связок громко сморкается в платок. У нее болит еще и горло. Травмировалась на больничном с ОРВИ.
Юноша с футбольной травмой согнулся на стуле. Пришел один. Жаловаться некому.
Перед нами девочка-подросток выходит из рентген-кабинета и, хромая, торопится. Нужно занять следующую очередь — обратно в 137-ой...
Рентген делают в среднем 15 минут, сказал молодой врач. «Это недолго, просто вас много, а нас — мало…»
18:00. Экспресс-прием у травматолога. Снимок костей на экране. «Крутой принт!», — говорит подросток.
Перелома нет. Сильный ушиб.
Список в аптеку на 900 рублей — мазь и самофиксирующийся бинт.
Освобождение от физры («Офигенно!»).
Травматолог моему пациенту понравилась. Видно, что врач может найти общий язык и с непоседой трехлеткой, и с замкнутым подростком. А еще видно, что врач очень-очень устала.
— Скажите, а почему так долго всё у вас? Это же травма, экстренный случай, — спрашиваю.
— А вы можете к нам прийти работать!
— Я??
— Не хотите? Приходите, может, что-то и сдвинется. Потому что народу очень много — 100 человек! Два доктора должны сидеть. Кто-то на первичке, кто-то на повторке. Но врачей нет. Из-за этого такая ерунда… Не должно быть так.
Соглашаюсь.
18:10. На выходе из травмы замечаю объявление. «Уважаемые пациенты, детский травмпункт не сможет вам помочь, если у вас…»
И далее список травм. И адресов, по которым, видимо, помочь смогут.
Например, с травмой глаза надо на Старых Большевиков, с гнойными воспалениями — по месту жительства, с повреждениями половых органов — мальчикам на Решетскую, девочкам — на Серафимы Дерябиной. Ну а всем малышам до 6 месяцев — в ОДКБ №1…
Квест.
Хорошо, что не на Можайское шоссе.
И хорошо, что мы на этот квест успели. Потому что рядом на двери — еще один список. Куда можно обратиться «после закрытия детского травмпункта», то есть после 19:30. Например, в ДГКБ №9, за 16 км отсюда. А если поближе — то во взрослые травмы. Например, в круглосуточную на Бажова, 124 а…
Где — что?
Правильно.
Где детям не делают рентген.
P.S. Мы решили прислушаться к совету администратора («А спросите у Министерства здравоохранения!») и направили в ведомство запрос.
По пункту на Буторина. В минздраве ответили, что для детей Екатеринбурга «развернут детский травматологический пункт на Буторина, 10», где «помощь в неотложной форме оказывается всем обратившимся пациентам в день обращения» (видимо, в минздраве про список «особых травм» на двери и квест с адресами не знают).
Если детский травмпункт уже закрыт, то детей, действительно, должны принять в круглосуточных взрослых или в «девятке».
По кадрам. Решается вопрос с «доукомплектованием» травмпункта на Буторина врачом-травматологом. То есть врача, к счастью, уже ищут.
В минздраве полагают, что детский травмпункт «принимает всех обратившихся детей без ограничений». Поэтому, очевидно, нагрузка на врачей серьёзная. «Врачи-травматологи работают в две смены».
«Главному врачу ГАУЗ СО «ДГП № 13» поручено усилить работу по организации доступности медпомощи детям и пациентоориентированности», — добавили в ведомстве.
По часам. Коротко (без ссылок на постановления): два часа в очереди — это норма. Больше — не норма.
«Срок ожидания первичной медико-санитарной помощи в неотложной форме составляет не более двух часов с момента обращения».
Носите с собой секундомер.
По рентгену. А вот на вопрос о работе рентген-установки в круглосуточной травме на улице Бажова в ведомстве решили не отвечать.
Мы еще раз связались с регистратурой этого травмпункта, где нам загадочно ответили, что рентген у них «бывает» по показаниям для взрослых.
Бывает.
А ещё у них якобы «нет лицензии на детскую травму». Но это уже, кажется, другая история…
P.P.S. С подростком все хорошо. Пришла в себя и играет на планшете. Девятью здоровыми пальцами.
14:00. Ничего необычного. Просто на палец неудачно упал планшет.
Ну, так получилось. Дети.
И это, пожалуй, единственная травма, которую подросток реально получил от гаджетов (привет борцам за их запреты).
15:40. Безымянный палец левой руки опух и посинел. Ребёнок, которая в последний раз плакала лет в 5, в слезах от боли. Срочно собираемся в травмпункт.
16:00. Ближайшая к дому травма — на улице Бажова,124а.
— У ребенка посинел палец. Нам срочно!
— Вам не к нам. Вам нужен рентген, а у нас рентгена нет.
— В круглосуточной травме нет рентгена?
— Нет. Вам нужно на Буторина, 10. Там есть рентген.
16:10. Такси. Пробки. Женщина-таксист переживает:
— Не может быть, чтобы в травме не было рентгена! Это же центр Екатеринбурга! Куда смотрят власти?
Обсуждаем власти. Икается начальникам управлений и министерств. Вспоминаем депутата по району. Не вспомнили. Вспоминаем депутатов ГД от региона. Вспомнили. Почтили гневной минутой молчания.
16:30. Детский травмпункт на Буторина, 10. Очередь у стойки администратора. Родители заполняют бумажки о персональных данных, дрожащими руками вписывают серию и номер паспорта…
— Нам очень срочно, у нас синий палец!
— Всем срочно. У всех пальцы. Займите, пожалуйста, очередь.
Бумажные процедуры, фиксация адресов и фамилий…
— Скажите, а почему так долго все? Нельзя ли нам побыстрее?
Бодрая администратор говорит, что «это вы еще внутрь не попали». Персонал предупреждает, что там среднее время ожидания в очереди — два часа. Но «сегодня еще не очень много пострадавших».
— Два часа? С травмой? Но почему?
— А у нас принимает только один врач.
— А где остальные?
— А спросите Министерство здравоохранения!
16:40. Очередь в 137 кабинет. Встревоженные родители, измотанные дети. Одна мамочка с коляской и грудничком. Кто-то экстренно и с дикой болью, кто-то с перевязанными руками-ногами на повторный прием. Доносятся фразы: «это невозможно», «это капец», «почему так долго». Один рослый парень лет 15-ти не выдерживает и уходит. Его мама в волнении кому-то звонит и просит его вернуть.
Уговариваю себя не начинать митинг.
Самое смиренное лицо — у папы в футболке с двумя крупными буквами, которые я не могу назвать, чтобы случайно что-нибудь или кого-нибудь не дискредитировать. Папа в системе. Папа ждет направлений и маршрутов. Дочка с подозрением на перелом пальца тоже послушно терпит и ждет.
Синий палец у моего подростка мимикрирует под джинсы. Она сама развалилась на двух стульях и демонстративно страдает «от этого вот всего».
17:00. Мать в поисках еды для ребенка. В автоматах — что-то такое, что на здоровый перекус, кажется, не тянет.
Но врачам виднее.
17:10. Напротив кабинета — большой плакат. Читаю «Адреса специализированной помощи» (ну, вдруг мы вообще не туда приехали). При сломанных пальцах и поврежденных сухожилиях нам, оказывается, на Новую Басманную или Павловскую, а если палец вдруг надо пришить, то есть «реплантировать», — то на Можайское шоссе.
Что? А, в Москве.
Ну, все логично. Почему нет? Там наверняка есть рентген.
17:20. У врача! Ура.
— У нас синий палец!
— Ясно, вижу. Вот вам бумага, идите на рентген и потом возвращайтесь.
Еле держусь, потому что 40 минут мы сидели «за бумагой».
— Ок. То есть мы там быстро все делаем и сразу к вам…
— Ну, вы учтите, что вся очередь, что стояла сюда, теперь «там».
— «Там»?
— Ну, у 153-го кабинета на рентген. Они теперь все переместились туда.
17:25. Очередь в том же составе, но поменяла форму.
В новой локации просторно, чисто и светло. Можно полежать на сдвоенных сиденьях, как на вокзале. Почитать объявления. «В травмпункт требуется администратор» (кстати, вдруг, кому надо?).
В кулере почти нет воды. Зато есть раковина, где можно помыть руки. Без мыла.
Девочка с подозрением на растяжение связок громко сморкается в платок. У нее болит еще и горло. Травмировалась на больничном с ОРВИ.
Юноша с футбольной травмой согнулся на стуле. Пришел один. Жаловаться некому.
Перед нами девочка-подросток выходит из рентген-кабинета и, хромая, торопится. Нужно занять следующую очередь — обратно в 137-ой...
Рентген делают в среднем 15 минут, сказал молодой врач. «Это недолго, просто вас много, а нас — мало…»
18:00. Экспресс-прием у травматолога. Снимок костей на экране. «Крутой принт!», — говорит подросток.
Перелома нет. Сильный ушиб.
Список в аптеку на 900 рублей — мазь и самофиксирующийся бинт.
Освобождение от физры («Офигенно!»).
Травматолог моему пациенту понравилась. Видно, что врач может найти общий язык и с непоседой трехлеткой, и с замкнутым подростком. А еще видно, что врач очень-очень устала.
— Скажите, а почему так долго всё у вас? Это же травма, экстренный случай, — спрашиваю.
— А вы можете к нам прийти работать!
— Я??
— Не хотите? Приходите, может, что-то и сдвинется. Потому что народу очень много — 100 человек! Два доктора должны сидеть. Кто-то на первичке, кто-то на повторке. Но врачей нет. Из-за этого такая ерунда… Не должно быть так.
Соглашаюсь.
18:10. На выходе из травмы замечаю объявление. «Уважаемые пациенты, детский травмпункт не сможет вам помочь, если у вас…»
И далее список травм. И адресов, по которым, видимо, помочь смогут.
Например, с травмой глаза надо на Старых Большевиков, с гнойными воспалениями — по месту жительства, с повреждениями половых органов — мальчикам на Решетскую, девочкам — на Серафимы Дерябиной. Ну а всем малышам до 6 месяцев — в ОДКБ №1…
Квест.
Хорошо, что не на Можайское шоссе.
И хорошо, что мы на этот квест успели. Потому что рядом на двери — еще один список. Куда можно обратиться «после закрытия детского травмпункта», то есть после 19:30. Например, в ДГКБ №9, за 16 км отсюда. А если поближе — то во взрослые травмы. Например, в круглосуточную на Бажова, 124 а…
Где — что?
Правильно.
Где детям не делают рентген.
P.S. Мы решили прислушаться к совету администратора («А спросите у Министерства здравоохранения!») и направили в ведомство запрос.
По пункту на Буторина. В минздраве ответили, что для детей Екатеринбурга «развернут детский травматологический пункт на Буторина, 10», где «помощь в неотложной форме оказывается всем обратившимся пациентам в день обращения» (видимо, в минздраве про список «особых травм» на двери и квест с адресами не знают).
Если детский травмпункт уже закрыт, то детей, действительно, должны принять в круглосуточных взрослых или в «девятке».
По кадрам. Решается вопрос с «доукомплектованием» травмпункта на Буторина врачом-травматологом. То есть врача, к счастью, уже ищут.
В минздраве полагают, что детский травмпункт «принимает всех обратившихся детей без ограничений». Поэтому, очевидно, нагрузка на врачей серьёзная. «Врачи-травматологи работают в две смены».
«Главному врачу ГАУЗ СО «ДГП № 13» поручено усилить работу по организации доступности медпомощи детям и пациентоориентированности», — добавили в ведомстве.
По часам. Коротко (без ссылок на постановления): два часа в очереди — это норма. Больше — не норма.
«Срок ожидания первичной медико-санитарной помощи в неотложной форме составляет не более двух часов с момента обращения».
Носите с собой секундомер.
По рентгену. А вот на вопрос о работе рентген-установки в круглосуточной травме на улице Бажова в ведомстве решили не отвечать.
Мы еще раз связались с регистратурой этого травмпункта, где нам загадочно ответили, что рентген у них «бывает» по показаниям для взрослых.
Бывает.
А ещё у них якобы «нет лицензии на детскую травму». Но это уже, кажется, другая история…
P.P.S. С подростком все хорошо. Пришла в себя и играет на планшете. Девятью здоровыми пальцами.
Алевтина Трынова © Вечерние ведомости
Читать этот материал в источнике
Читать этот материал в источнике
В Нижнем Тагиле пытались доставить 12 мобильных телефонов в колонию строгого режима
Суббота, 7 сентября, 16.56
В Екатеринбурге простятся с хореографом Игорем Рамазановым, погибшим в горах Хан-Тенгри
Суббота, 7 сентября, 16.31
Пассажир вызвал ДТП в Екатеринбурге, дернув за руль
Суббота, 7 сентября, 15.32